appavlenko

Categories:

Красные войска под Кыштымом в 1918 году. Часть 4. Поражение и бегство.

А.Л. Симонов «вызвал часть, которая пошла бы в атаку. Таковой не оказалось. Тогда вызвал охотников – их тоже не было. Явился командный состав собравшихся частей и заявил, что он едет вперед. В.[оенный] руководитель приказал командному составу оставаться при своих частях и заявил, что едет один. Тогда около 30 чел. с двумя пулеметами заявили, что они едут».

Павленко А. П. Красные войска под Кыштымом в мае-июне 1918 г. (взгляд генштабиста А. Л. Симонова) // Документ. Архив. История. Современность: сборник научных трудов. Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2021. Вып. 21.

Выкладываю четвертый фрагмент статьи.

В 5 часов утра 9 июня чехословаки начали новое наступление – от дер. Назырово на левый фланг красных, ударив по 2-му Уральскому полку. 7-й Уральский полк так и остался в тылу. Связь сразу же была потеряна и только в 7 часов утра А.Л. Симонов узнал, что на фронте началось отступление, переросшее в бегство [ЦДООСО, ф. 41, оп. 2, д. 361, л. 16].

А.Л. Симонов с помощником комиссара отряда на блиндированном поезде отправились на встречу отступающим, встречая по дороге группы деморализованных красноармейцев. На разъезде 87 они застали бойцов Костромского, 2-го и 7-го Уральского полков, рабочих отряда Лапотышкина. Здесь военный руководитель узнал, что следующий железнодорожный разъезд, номер 88, уже в руках чехословаков. На этом разъезде при отступлении был брошен тяжелораненый командир 2-го полка Кавский. 

А.Л. Симонов постарался привести в порядок войска на станции и попытался нанести контрудар по легионерам. Он планировал выбить своего противника с разъезда 88, получив тем самым хорошую оборонительную позицию на озерном перешейке. Одновременно он отправил письменные распоряжения Рождественскому отряду и 3-му Уральскому полку о нанесении запланированных фланговых ударов на Аргаяш. Однако из Булатово сразу ответа не поступило, а из Рождественского телефонировали, что отряд постановил: никуда не ходить и обороняться на месте. Слова, что это бессмысленно и ополченцев перебьют на месте, оказались бесполезны [Там же, л. 16, 18].

С организацией атаки на разъезд 88 тоже возникла проблема. А.Л. Симонов «вызвал часть, которая пошла бы в атаку. Таковой не оказалось. Тогда вызвал охотников – их тоже не было. Явился командный состав собравшихся частей и заявил, что он едет вперед. В.[оенный] руководитель приказал командному составу оставаться при своих частях и заявил, что едет один. Тогда около 30 чел. с двумя пулеметами заявили, что они едут». Добровольцы и сам А.Л. Симонов погрузились на блиндированный поезд[1], который тихим ходом двинулся к разъезду 88, по пути исправляя поврежденный железнодорожный путь (для этого специально были взяты рабочие). (Блиндированный поезд в этой операции представлял пример импровизации: две пустых платформы спереди состава, бронеавтомобиль на платформе, платформа с личным составом и двумя пулеметами, борта которой были обложены деревом и дерном [ЦДООСО, ф. 41, оп. 2, д. 361, л. 17])

Когда поезд остановился для очередного, третьего по счету, ремонта пути вблизи разъезда 88, А.Л. Симонов выслал вперед разведку, которая попала под обстрел чехословаков и бросилась бежать. С поезда для прикрытия разведки был открыт беспорядочный ружейно-пулеметный огонь, причем противника с состава не было видно. Стрельба продолжалась долго, «потерявшие голову люди стреляли даже тогда, когда поезд пошел обратно и был далеко». На обратном пути, оправившись от испуга, красные взорвали два моста и в трех местах повредили путь. Но по прибытию на разъезд 87 выяснилось, что его уже покинули почти все войска – бежали эшелонами на север. А.Л. Симонову ничего не оставалось, как тоже уехать в Кыштым [Там же, л. 17–18].

В Кыштыме стали приводить в порядок части и подсчитывать наличные силы. Всего собралось около 900 чел., 17–18 пулеметов (12 исправных), 3 орудия [Там же, л. 18]. Одну пушку бросили в воду из-за невозможности эвакуации – «расчет ускакал» [Там же, л. 51]. Здесь были получены сведения от разведчика, что 3-й Уральский полк, вместо выполнения приказа об атаке в тыл чехословакам, решил отступить на север. Идея организовать оборону Кыштыма встретила отпор со стороны красноармейцев, угрожавших применить оружие, если им не дадут уйти отсюда. Задачу прикрытия заводского поселка выполнил только Костромской полк, но и он выражал недовольство: почему ему все время приходится воевать за других, не желающих этого делать? 

Вечером к Кыштыму вышла часть отряда Лапотышкина, также настроенная к продолжению отступления. Но А.Л. Симонов признает, что в этом не самом боевом отряде также было проявление мужества. Семь красноармейцев, прикрывая отход отряда, огнем трех пулеметов долго сдерживали переправу через реку легионеров у Аязгулово. Раненные, они отступили, даже сумев эвакуировать один из пулеметов [Там же, л. 18–19].

Кыштым был оставлен красными без боя: в 6 часов утра 10 июня последним из заводского поселка эвакуировался штаб отряда. В 10 часов, по данным красной разведки, Кыштым заняла небольшая группа чехословаков. Красные сосредоточились в пос. Уфалей. Боеспособность войск вследствие перенесенного поражения была очень низкой [Там же, л. 19].

Для понимания географии того места, где происходили описанные события.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded